Значение слова КАЛЕ

Кале

кале́ ( ) — город во Франции, порт у пролива Па-де-Кале, крупнейший по численности населения город департамента Па-де-Кале. Кале является ближайшим к Англии населенным пунктом Франции, расстояние по прямой до Англии составляет 34 километра.

Википедия

Смотрите картинки со словом Кале

Найдите другие интересные слова

Введите слово в форму поиска, чтобы найти его значение

Например: город энергия релакс вариативный Самара
Сохрани в соц. сетях, чтобы не потерять!

Ответы на кроссворды со словом «кале» в словаре кроссвордиста

Определение слова Кале в словарях

Современный толковый словарь, БСЭ

Кале значение слова

(Calais) , город во Франции, порт у пролива Па-де-Кале, административный центр департамента Па-де-Кале. 76 тыс. жителей (
1982). Важный транспортный узел. Морской пассажирский паром в Дувр (Великобритания). Машиностроение, химическая, пищевая промышленность. Старинное производство кружев, тюля, вышивок. В сер. 14 - сер. 16 вв. городом владели англичане.

Большая советская энциклопедия, БСЭ

Кале

(Calais), город и порт на С. Франции, на берегу пролива Па-де-Кале. Административный центр департамента Па-де-Кале. 75 тыс. жителей (
1968). Транспортный узел международного значения. Через К. осуществляется морское пассажирское сообщение с Великобританией (Дувр). Рыболовецкий и торговый центр. Металлургические, судоремонтные, электротехнические, химические предприятия, старинное производство кружев, тюля, вышивок. Город вырос в конце 9-10 вв. из рыбачьей деревушки. В 13 в. был укреплен графом булонским. С 13 в. играл значительную роль в торговле между Францией и Англией. Во время Столетней войны после длительной осады был завоёван в 1347 англичанами; являлся их опорным пунктом в дальнейшей борьбе против Франции. В 1558 был взят герцогом Гизом и воссоединён с Францией. Като-Камбрезийский мир 1559 закрепил К. за Францией.

Викисловарь

Кале

крепость

Изучайте больше слов

Слова которые можно составить из слова «кале»

Цитаты со словом «кале»

Блэкэддер. К послезавтрашнему дню, мы прибудем в Кале! Капитан, держать курс во Францию!

Чёрная Гадюка (телесериал)

Старейшая из женщин, когда-либо пытавшихся переплыть Ла-Манш, прибыла сегодня в Кале.Время заплыва — 34 часа, 22 минуты и 14 секунд. 68-летняя Элизабет Эббот прибыла в 5:38 по Гринвичу, вымотанная, но счастливая. Миссис Эббот, как бы Вы сами охарактеризовали это достижение?— Я полагаю… нет ничего невозможного.

Загадочная история Бенджамина Баттона (фильм)

Д-р Хаус (о пациенте): Постоянные травмы, режет себя, жар, артралгия, признаки эмфиземы, усталость, анемия, кровь в кале и моче... я умер, и в раю для диагностов!

Доктор Хаус (Сезон 4)

Кутаясь в шаль, Маша дышала в открытую форточку и говорила, что все это нестерпимо, что нужно уезжать, просто бежать из этого города и из этой страны, спасаться, что здесь вся жизнь еще идет по законам первобытного леса, звери должны все время рычать, показывать всем и вся свою силу, жестокость, безжалостность, запугивать, забивать, загрызать, здесь все время нужно доказывать, что ты сильнее, зверинее, что любая человечность здесь воспринимается как слабость, отступление, глупость, тупость, признание своего поражения, здесь даже с коляской ты никогда в жизни не перейдешь улицу, даже на зебре, потому что тот, в машине, сильней, а ты слабее его, немощнее, беззащитнее, и тебя просто задавят, снесут, сметут, размажут по асфальту и тебя и твою коляску, что здесь идет испокон веков пещерная, свирепая схватка за власть, то тайная, тихая, и тогда убивают потихоньку, из-за спины, вкрадчиво, то открытая, явная, и тогда в кровавое месиво затягиваются все, нигде тогда не спрятаться, не переждать, везде тебя достанет топор, булыжник, мандат, и вся страна только для этой схватки и живет тысячу лет, и если кто забрался наверх, то для него те, кто внизу — никто, быдло, кал, лагерная пыль, и за то, чтобы остаться там у себя, в кресле, еще хоть на день, хоть на минуту, они готовы, не моргнув глазом, перерезать глотку, сгноить, забить саперными лопатками полстраны, и все это, разумеется, для нашего же блага, они ведь там все только и делают, что пекутся о благе отечества, и все это благо отечества и вся эта любовь к человечеству — все это только дубинки, чтобы перебить друг другу позвоночник, сначала сын отечества бьет друга человечества обломком трубы по голове, потом друг человечества берет сына отечества в заложники и расстреливает его под шум заведенного мотора на заднем дворе, потом снова сын отечества выпускает кишки другу человечества гусеницами, и так без конца, никакого предела этой крови не будет, они могут натянуть любой колпак — рай на небесех, рай на земле, власть народа, власть урода, парламент, демократия, конституция, федерация, национализация, приватизация, индексация — они любую мысль, любое понятие, любую идею оскопят, выхолостят, вытряхнут содержимое, как из мешка, набьют камнями, чтобы потяжелее было, и снова начнут махаться, долбить друг дружку, все норовя по голове, побольнее, и куда пойти? — в церковь? — так у них и церковь такая же, не Богу, но кесарю, сам не напишешь донос, так на тебя донесут, поют осанну тирану, освящают грех, и чуть только кто попытается им напомнить о Христе, чуть только захочет внести хоть крупинку человеческого, так его сразу топором по голове, как отца Меня, все из-под палки, все, что плохо лежит, в карман, лучше вообще ничего не иметь, чем дрожать и ждать, что отнимут завтра, все напоказ, куда ни ткни, все лишь снаружи, все обман, а внутри пустота, труха, как сварили когда-то ушат киселя, как засунули его в колодец, чтобы обмануть печенегов, вот мол, смотрите, нас голодом не заморишь, мы кисель из колодца черпаем, так с тех пор десять веков тот кисель и хлебают, все никак расхлебать не могут, земли же согрешивши которей любо, казнить Бог смертью, ли гладом, ли наведеньем поганых, ли ведром, ли гусеницею, ли инеми казньми, аще ли покаявшеся будем, в нем же ны Бог велить жити, глаголеть бо пророком нам: «Обратитеся ко Мне всем сердцем вашим, постом и плачем», — да аще сице створим, всех грех прощени будем: но мы на злое ъзращаемся, акы свинья в кале греховнемь присно каляющеся, и тако пребываем, посади цветы — вытопчут, поставь памятник — сбросят, дай деньги на больницу для всех — построит дачу один, живут в говне, пьянстве, скотстве, тьме, невежестве, месяцами зарплату не получают, детям сопли не утрут, но за какую-то японскую скалу удавятся, мол, наше, не замай, а что здесь их? — чье все это? — у кого кулаки крепче, да подлости больше, тот все и захапал, а если у тебя хоть немного, хоть на донышке еще осталось человеческого достоинства, если тебя еще до сих пор не сломали, значит, еще сломают, потому что ни шага ты со своим достоинством здесь не сделаешь, здесь даже просто бросить взгляд на улицу — уже унижение, ты должен стать таким, как они, чтобы чего-то добиться, выть, как они, кусаться, как они, ругаться, как они, пить, как они, здесь все будто создано, чтобы развращать, тому дай, этому сунь, а не дашь и не сунешь, так останешься, мудак, с носом, сам виноват, кто не умеет давать, тот ничего не получает, кому нечего воровать, тот ничего не имеет, кто хочет просто честно жить и никому не мешать, тот и вздоха не сделает, и если ты, не приведи Господь, не такой, как они, если есть в тебе хоть крупица таланта, ума, желание что-то узнать, открыть, изобрести, написать, сотворить или просто сказать, что ты не хочешь быть среди этих урок, что ты не хочешь принадлежать ни к какой банде, ты сразу станешь у них шибко умным, тебя заплюют, затрут, обольют помоями, не дадут тебе ничего сделать, убьют на дуэли, заставят жрать баланду во Владимирской пересылке, стоять у метро с пачкой сигарет и бутылкой водки, сожгут твою библиотеку, в школе твоего ребенка затравят прыщавые ублюдки, в армии доведут сына до того, что не только себе пустит пулю в рот, но еще и пятерых заодно уложит. — Здесь нечего больше ждать, — повторяла Маша, закрыв глаза, сжимая ладонями виски, — на этой стране лежит проклятие, здесь ничего другого не будет, никогда не будет, тебе дадут жрать, набить пузо до отвала, но почувствовать себя человеком здесь не дадут никогда, жить здесь — это чувствовать себя униженным с утра до ночи, с рождения до смерти, и если не убежать сейчас, то убегать придется детям, не убегут дети, так убегут внуки. («Взятие Измаила»)

Михаил Павлович Шишкин

Оставьте комментарий

А Б В Г Д Е Ё Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я